Лекарства от астмы это допинг

Лекарства от астмы это допинг thumbnail

С чего все начиналось?

Разговоры о так называемых «норвежских астматиках» начались после публикации о целом арсенале лекарств, которые норвежские спортсмены привезли с собой в Пхенчхан. Всего спортсмены взяли 6000 препаратов от астмы и 10 небулайзеров – специальных устройств для ингаляций. Норвежцы доминируют в лыжах, берут медали и занимают пьедестал полностью. Стало модно ловить хайп и считать, что норвежские спортсмены как минимум мухлюют, прикрываются терапевтическими исключениями. Им можно, а нам нельзя? Где справедливость?

Лекарства от астмы это допинг

Cтатьи | 6 тысяч доз для 108 астматиков: самая смешная новость Олимпиады в картинках

Но на фоне вагона и маленькой тележки из 6000 препаратов почему-то все забывают о британских, голландских и даже российских астматиках. Так что же это за пандемия?

История болезни

В традиционном понимании болельщика астма – хроническое воспалительное заболевание дыхательных путей с участием разных клеточных элементов. Проще говоря, это то, чем болеет тот парень, постоянно брызгает ингалятором и которому (почему-то) нельзя много бегать. Стереотип.

На самом деле астма бывает, например, бронхиальной или сердечной. Даже, извините, избыточное скопление газов кишечнике – в народе метеоризм – проявление диспепсической астмы. В случае олимпийских атлетов речь идет совершенно о другом виде астмы – exercise-induced asthma. В российской медицине она имеет название «астма физического напряжения». Такое заболевание возникает отнюдь не в детстве, а уже в зрелом возрасте. И, разумеется, при занятиях спортом.

Как проявляется?

В основном этой болезни подвержены те, у кого есть склонности к астматическим проявлениям и кого «добивают» тяжелейшие тренировки. Несложно догадаться, что чаще всего от нее страдают велогонщики, биатлонисты и лыжники. Особую негативную роль играет холодный воздух. Именно под его воздействием во время частого отрывистого дыхания и может проявиться приступ «астмы физического напряжения». Если с биатлонистами лыжниками все ясно, то почему велосипедисты? Беда в том, что иногда гонки проходят с перепадами высот и температура резко падает. Это также может влиять на появление приступа.

Холодный воздух просто не успевает согреться и попадает в бронхи, вызывая спазм. Спортсмен начинает кашлять. А ведь в таком режиме нужно дышать несколько часов! Холодный воздух промораживает всю дыхательную систему спортсмена. После финиша в раздевалку не войти – кругом забивающий кашель, который проходит через пару часов. Лыжники называют это явление с юморком — «пробить легкие». Вот только при постоянном повторении возникают уже хронические проблемы. Кстати, в обычной жизни спортсмены не чувствуют дискомфорта, но как только физическая нагрузка увеличивается, их тут же накрывает приступ. Диагностировать наличие такой астмы достаточно легко, а начинать терапевтическое лечение просто необходимо как можно скорее. Этим в общем-то и занимаются врачи, например, норвежской команды.

Бич или стереотип? И только ли норвежский?

Лекарства от астмы это допинг

Cтатьи | «Нужно больше ингаляторов!» Зачем норвежцам на Играх 6000 доз лекарств от астмы

Отвечу сразу – нет, не только норвежский. Но у скандинавов самый большой процент лыжников, естественно основное внимание уделяют именно им. Норвежская пресса опросила лыжников мужской и женской национальной команды. Результаты поразили – из 13 спортсменов семь болели астмой и девять использовали устройства для ингаляции.

Причину выяснили. Теперь развеем миф о том, что одни норвежцы – «астматики».

Начнем с известного всем футболиста Дэвида Бекхэма. Англичанин с детства имеет диагноз «астма». Или легкоатлетка Пола Рэдклифф. А как же швейцарец Дарио Колонья?

Согласно докладу Макларена и в России есть так называемые «астматики». Александр Легков и Илья Черноусов. Вот только в отечественном спорте это сравни с проказой. Зачем прятать факты, зачем вилять? Как это делала, например, президент ФЛГР Елена Вяльбе. Сначала она заявила: «Еще до Игр в Сочи, если я не ошибаюсь, в 2012 году, Легкову и Черноусову был поставлен диагноз – один из видов астмы. Их смотрел в Давосе швейцарский врач, были проведены все необходимые обследования, после чего выписаны медикаменты. Естественно, все было сделано четко по правилам». А спустя некоторое время заняла противоположную позицию: «Многие в российской сборной прошли обследования, но никто не болен. Об астме я никогда не слышала». Это ненормально и очень странно.

Поэтому, друзья, эти пресловутые «астматики» есть везде. Только европейский спортсмен, имея разрешение, не скрывает своего недуга. В России же почему-то от этого открещиваются как от чего-то крамольного. Так и возникают стереотипы и мифы. Кстати, в Европе и разрешение на препараты от астмы получить проще. Потому россияне в том числе ездят на осмотры именно туда. Но необходимость ТИ надо все равно доказывать, а это целый серьезный процесс.

Не допинг, если в меру

Целый ряд лекарств от астмы просто продаются в аптеке и их можно принимать всем нуждающимся. Просто стоит указать название и количество «пшиков» в день при прохождении допинг-контроля. Для других нужны уже упомянутые ТИ.

Читайте также:  Вылечить астму козьем молоком

Но здесь не обойтись без мнения специалиста. Спортивный врач Сергей Илюков рассказал в интервью одному спортивному изданию, насколько подобные препараты влияют на результат.

«Допустим, кто-то принимает лекарства в терапевтических дозах. Без лечения просвет бронхов, например, 70%. С лекарством – 100%. Преимущества над другими нет.

Может ли он увеличиться до 110%? В норме легкие не являются фактором, ограничивающим работоспособность, то есть увеличение просвета до 110% работоспособности не прибавит. Этот кислород все равно не усвоится, потому что лимитирующим фактором будет гемоглобиновая масса, а не просвет бронхов. Даже если просвет бронхов у тебя станет 110% – пользы в работоспособности ты не получишь.

Принцип, почему препараты запрещены как допинг, иной: при превышении терапевтических доз (то есть при приеме в запрещенных количествах) они имеют анаболический эффект. Растет сила и увеличивается жиросжигание.

Мне смешно читать мнения: ты принимаешь препарат от астмы, у тебя расширяются легкие – значит, ты получаешь больше кислорода. Это стереотипный образ мышления обывателя. А суть-то совсем иная».

Как раз на превышении доз в свое время и попались лыжник Мартин Сундбю и велогонщик Крис Фрум. Но они перешли грань дозволенного, соблазнились, за что понесли наказание.

Друзья, пора отбросить глупые стереотипы и, наконец разобравшись, навсегда забыть о «норвежцах-астматиках». Если, конечно, мы сами не хотим стать жертвами стереотипа «россияне-допингеры».

Источник

2017-05-02T15:14+0300

2017-05-02T19:15+0300

https://ria.ru/20170502/1493465700.html

Завтрак чемпионов: как лекарство от астмы стало главным мировым допингом

https://cdn21.img.ria.ru/images/149347/95/1493479542_0:0:600:341_1036x0_80_0_0_7329625b5315dec937ba519ea39fa9e2.gif

РИА Новости

https://cdn22.img.ria.ru/i/export/ria/logo.png

15:14 02.05.2017 (обновлено: 19:15 02.05.2017)

МОСКВА, 2 мая – РИА Новости, Анна Урманцева. Каждый первый вторник мая, начиная с 1998-го года, по инициативе Всемирной Организации Здравоохранения, весь мир отмечает международный день астмы. Это начинание призвано объединить 334 миллионов больных бронхиальной астмой, а также врачей-пульмонологов и ученых, работающих над созданием эффективных лекарств.

Благодаря новым препаратам, люди сейчас не умирают от этого распространенного заболевания, а имеют все возможности жить полноценной жизнью, правда для этого у них под рукой всегда должен быть небулайзер (модифицированный ингалятор с возможностью очень мелкого распыления частиц).

Заболеваемость астмой растет как во всем мире, так и в России. В 2004-ом году в нашей стране эту болезнь диагностировали у 2,2% взрослого населения, сейчас, по оценкам экспертов, – это уже 5%. А среди детей болеет примерно 10%, поэтому ведущими пульмонологами России была разработана национальная программа: «Бронхиальная астма у детей. Стратегия лечения и профилактика».
К сожалению, в России астму диагностируют очень поздно, —  отсюда большая смертность от этого заболевания.

Причины в том, что в диагнозах, связанных с осложнениями простудных заболеваний, легко запутаться. Бронхиальную астму путают с запущенным обструктивным бронхитом и первичной эмфиземой легких.
Кроме того, существуют разные виды самой бронхиальной астмы: неинфекционно-аллергическая (атопическая),  инфекционная, «аспириновая» астма (астматическая триада: бронхиальная астма + рецидиви­рующий полипоз носа и придаточных пазух + непере­носимость аспирина) и, наконец, — «спортивная» астма – или «астма физического напряжения». Ее, в свою очередь, путают с одиночными бронхоспазмами физического напряжения.
Сложность в постановке диагноза рождает огромное количество спекуляций.

А это очень выгодно для  профессиональных спортсменов, — ведь эффективные лекарства от астмы, мгновенно расширяющие бронхи, обеспечивают дополнительный приток кислорода, что обеспечивает сверхвозможности.
Какие симптомы у бронхоспазма после сильной физической нагрузки? Сухой сильный кашель, одышка, чувство недостатка воздуха,  характерное положение тела (человек сидит, опершись руками, или стоит в наклоне), а также побледнение кожи и слизистых.  Каждый из нас, пробежав школьный кросс на стадионе, испытывал подобное. Только теперь можно назвать это «бронхоспазмом физического напряжения», а при повторении  — поставить диагноз «спортивная астма».
И что, скажете вы, это диагноз никак не подтверждают медицинскими исследованиями? Конечно, подтверждают!

Для этого проводится исследование функции внешнего дыхания: спортсмен должен со всей силы «выдохнуть в трубочку» – так меряется ОФВ1 – или объем форсированного выдоха за одну секунду. Потом с помощью ингалятора добавляется бронходилататор  — лекарственное средство, которое расслабляют бронхиальную стенку. Если после пробы с броходилататорами ОФВ1 увеличивается более чем на 15 %, — значит лекарство помогает справиться с недостатком дыхания. Стоит ли говорить, что все эти показатели легко меняются по желанию самого спортсмена?
В результате, по разным данным от 45% до 69% процентов велогонщиков, пловцов, биатлонистов и лыжников – астматики.

Как же лекарство от астмы помогают им в получении медалей? Применяется обычно сальбутамол, как самый быстрый бронхорасширяющий препарат. По сути, — это форма адреналина, которая избирательно действует только на β2-адренорецепторы. Такие лекарства называются β2-адреномиметиками. В течение пяти минут бронхи раскрываются, ощущается прилив сил. Молекула сальбутамола легко растворяется в слизи, покрывающей эпителий бронхов, и быстро связывается с рецепторами, что объясняет мгновенное начало действия вещества.

В научной медицинской литературе существует множество статей, в которых говорится о том, что на здоровых людей сальбутамол не действует. И столько же статей, в которых сказано, что применение β2-адреномиметиков у здоровых людей на время повышает устойчивость к физической нагрузке, так как они «держат» бронхи в расширенном состоянии и способствуют скорейшему «открытию второго дыхания». Впрочем, можно и не читать статьи, а просто поинтересоваться: сколько спортсменов-лыжников являются астматиками, например, в норвежской сборной? Громкие скандалы с дисквалификацией трёхкратного обладателя Кубка мира в общем зачёте и двукратного призёра Олимпийских игр – лыжника Мартина Сундбю (за десятикратное превышение дозы сальбутамола); долгое получение справки с диагнозом «астма» для Мартин Бьерген —  норвежской лыжницы, шестикратной олимпийской чемпионки – дают положительный ответ на вопрос об эффективности этого вещества. По оценкам экспертов 69% чемпионов-лыжников норвежской сборной могут иметь диагноз «астма».

Читайте также:  Астма лечение народное лечение

 
Сальбутамол, имеющий в качестве действующего вещества аналог адреналина, не сравним с безобидным мельдонием, из-за которого от соревнований отстранили большое количество российских спортсменов. Дело только в том, что в одном случае употребление допинга нужно замолчать, а в другом – найти повод для дисквалификации. 
Радует только то, что никаких побочных действий от употребления мельдония у российских спортсменов не было и не будет, а вот так называемых «норвежских астматиков» придется выводить из тяжелого состояния, под названием «синдром отмены». Дело в том, что к β2-адреномиметикам, как и к любому допингу, развивается привыкание, поэтому приходится все время повышать дозу. Но видимо для некоторых спортсменов «второе дыхание» оказывается важнее «первого».

Подпишитесь на ежедневную рассылку РИА Наука

Спасибо, вам отправлено письмо со ссылкой для подтверждения подписки

Источник

Тереза Йохауг. Фото: imago/TASS

Сборные Норвегии по лыжам и биатлону обвиняют в победах за счет препаратов от астмы. ProstoProSport разбирается в проблеме.

Суть

После побед норвежских лыжников или биатлонистов на российских спортивных сайтах обязательно появляются комментарии про астму и легальный допинг. Впервые эту тему наши журналисты стали раскручивать в нулевых, когда золотые медали штамповал Уле-Эйнар Бьерндален. В лыжах непримиримым борцом против астматиков была олимпийская чемпионка из Польши Юстина Ковальчик. Она никогда не упускала возможности обвинить свою конкурентку из Норвегии Марит Бьорген в победах за счет постоянных ингаляций.

Со стороны ВАДА никакой серьезной реакции не было до прошлого года. Но в сентябре 2019‑го там наконец-то санкционировали исследование о влиянии противоастматических препаратов на результаты спортсменов и заказали его Ульмскому университету. Уже скоро мир должен узнать итоги. Тогда и можно будет сформировать аргументированную позицию по вопросу астмы в спорте. Если, конечно, это исследование будет действительно независимым и корректным. А пока существует два полярных мнения.

Норвежская позиция

Во-первых, важно понимать, что спортивная астма не тождественна хроническому заболеванию дыхательных путей, которым страдают миллионы жителей Земли. Таким людям дорога в большой спорт еще с детства заказана. Астма спортсменов – приобретенный синдром. Проявляется он во время интенсивных физических нагрузок на открытом пространстве. Холодный воздух попадает в бронхи и вызывает их спазмы. Отсюда так много больных лыжников и биатлонистов.

Без нагрузок вне соревновательного периода симптомы отсутствуют. Но перед стартами необходимы специальные препараты, чтобы болезнь не вылезла прямо во время гонки. Если принимать их исключительно в терапевтических дозах, они никак не влияют на результат. По крайней мере, так считает бывший менеджер лыжной сборной Норвегии Видар Лефшус. С ним солидарен и российский спортивный врач Сергей Илюков, а также многие известные спортсмены: та же Бьорген, Тереза Йохауг, Шарлотт Калла и другие.

Аргументы противников

В России некоторые функционеры, например Елена Вяльбе и Валерий Газзаев, называют противоастматические препараты легальным допингом. Сальбутамол и другие вещества – в списке запрещенных ВАДА, а для их использования нужны терапевтические исключения. В повышенных дозах препараты действуют как анаболические стероиды – способствуют развитию мускулатуры и сжиганию жира. Кроме того, вызывают привыкание. Поэтому нет никакой гарантии, что обладатели ТИ будут делать ингаляции строго в разрешенном объеме.

На превышении допустимой дозы попался Мартин Йонсруд Сундбю. Дело как будто бы пытались замять, и только жесткая позиция ВАДА привела хотя бы к двухмесячной дисквалификации и аннулированию некоторых результатов.

Примерно в то же время случился еще один скандал. Норвежскую федерацию обвинили в намеренном «лечении» препаратами абсолютно здоровых лыжников на юниорском чемпионате мира. В их число попал и нынешняя звезда спринта Йоханнес Клебо. Слухи были не беспочвенными, впоследствии их подтвердили некоторые спортсмены и функционеры. Но ни какой реакции на это не последовало.

Астматики только в Норвегии?

Из норвежских легенд прошлого в использовании препаратов от астмы подозревались биатлонисты Бьерндален и Тура Бергер, а в лыжах – Петтер Нортуг. Никаких доказательств по ним нет. Разве что фраза бывшего президента IBU Андерса Бессеберга: «Бьерндален не астматик, уже не астматик». Очевидные случаи – Бьорген и Сундбю. Там все легально и по справкам. Самая мутная история с Йохауг. Она признавалась в использовании ингаляторов, при этом, по данным шведских журналистов, диагноза у нее нет. Впрочем, это цветочки по сравнению со стероидами на помаде. Но тут хотя бы более менее адекватное наказание последовало. Победительница нынешнего Тур де Ски пропустила Олимпиаду в Пхенчхане.

Легальные астматики были и в российской сборной. Терапевтическими исключениями пользовались золотой и бронзовый призеры сочинского марафона, лыжники Александр Легков и Илья Черноусов. В биатлонной команде диагноз ставили олимпийскому чемпиону Алексею Волкову и Маргарите Васильевой. Да и в других странах спортсмены с астмой наверняка есть. Только это не афишируется.

Помогают ли препараты от астмы побеждать?

Пока нет никаких данных для такого вывода. Каждый может сам сформировать свои представления на основе слухов и бытовой логики. Автор ProstoProSport не видит проблемы в легальном использовании препаратов от астмы теми, кому они действительно необходимы, но только при строжайшем контроле со стороны ВАДА за соблюдением терапевтических доз.

В биатлоне Норвегия сильнее России вовсе не за счет фармы. Между скандинавами и нами – колоссальный разрыв в уровне организации, начиная с детского спорта. Там созданы все условия, у нас их просто нет. Над сборной Норвегии не стоит сомнительная структура под названием СБР, куда функционеры приходят для личного обогащения, а не для развития спорта. Комментатор NRK не может устроить травлю Йоханнеса Дале или Ветле Шостада Кристиансена и выдавить их из сборной.

Читайте также:  Санаторий для ребенка с астмой бесплатно

В российских лыжах у руля главной команды – человек, который во многом ошибается, но действительно болеет за свое дело. Поэтому там мы спокойно побеждаем норвежцев. Никакие препараты от астмы, если их сейчас вообще кто-то принимает, не помогают им превзойти Сергея Устюгова и Александра Большунова. А в историях с Йохауг и Бьорген надо копать куда глубже. Может, когда-нибудь их закажут Хайо Зеппельту, и тогда мы узнаем всю правду. В любом случае, на одном сальбутамоле не разовьешь мускулатуру, как у Марит, и не станешь таким сухим и выносливым, как Тереза.

Юрий Якушин

Источник

Çíàìåíèòûé àòëåò ñîëãàë àíòèäîïèíãîâûì êîìèññàðàì. Ñëó÷èñü ÷òî-òî ïîäîáíîå ñ ðîññèéñêèì ñïîðòñìåíîì, äèñêâàëèôèêàöèÿ è ëèøåíèå ìåäàëåé áûëè áû îáåñïå÷åíû — íàøèõ îòñòðàíÿëè è çà êóäà ìåíüøèå ïðîìàõè. Íî Ìî ñïîêîéíî ãîòîâèòñÿ ê îëèìïèàäå â Òîêèî. Ïî÷åìó òàê ïîëó÷àåòñÿ, ïûòàëèñü ðàçîáðàòüñÿ áðèòàíñêèå æóðíàëèñòû. Âïðî÷åì, âðÿä ëè ýòî ê ÷åìó-òî ïðèâåäåò.

Êîìèññàð USADA: «Âû óâåðåíû, ÷òî Àëüáåðòî Ñàëàçàð íå ñîâåòîâàë Âàì

L-êàðíèòèí?»

Ìî Ôàðà: «ß íèêîãäà íå äåëàë èíúåêöèè L-êàðíèòèíà».

êîìèññàð USADA: «Âû àáñîëþòíî óâåðåíû, ÷òî âðà÷ íå äåëàë Âàì èíúåêöèè çà íåñêîëüêî äíåé äî ëîíäîíñêîãî ìàðàôîíà?»

Ìî Ôàðà: «Óâåðåí, ýòî èñêëþ÷åíî».

Ýòî óæå âòîðîå ðàññëåäîâàíèå Áè-áè-ñè ïðî äîïèíã â Âåëèêîáðèòàíèè, êîòîðîå êàçàëîñü áû äîëæíî áûëî ïîìåíÿòü õîä ìèðîâîé ñïîðòèâíîé èñòîðèè. Íà ýòîò ðàç æóðíàëèñòû ïóáëèêóþò ñòåíîãðàììó äîïðîñà çâåçäíîãî ëåãêîàòëåòà Ìîõàìåääà Ôàðû, â êîòîðîì îí îòêðîâåííî âðåò. Ñïîðòñìåí è ñàì ïî÷òè ñðàçó ïîñëå äîïðîñà ïðèçíàåòñÿ: èíúåêöèè åìó äåëàëè, àæ öåëûõ ÷åòûðå. È ïóñòü òàêàÿ äîçèðîâêà ïðåïàðàòà ñ÷èòàåòñÿ äîïóñòèìîé, òîò ôàêò, ÷òî Ôàðà ñîëãàë íà äîïðîñå, ÿâëÿåòñÿ ãðóáåéøèì íàðóøåíèåì.

Áûâøèé òðåíåð Ìî Ôàðû Àëüáåðòî Ñàëàçàð áûë ïðèçíàí âèíîâíûì â íàðóøåíèè àíòèäîïèíãîâûõ ïðàâèë è áóäåò îòñòðàíåí îò ñïîðòà íà ÷åòûðå ãîäà.

Âñå íà÷àëîñü â 2015-ì, êîãäà æóðíàëèñò áðèòàíñêîé «Ïàíîðàìû» ïðèâåë âïîëíå âåñîìûå äîêàçàòåëüñòâà íàðóøåíèÿ àíòèäîïèíãîâûõ ïðàâèë öåëûì ðÿäîì áðèòàíñêèõ òîï-áåãóíîâ, âîñïèòàííèêîâ ëåãåíäàðíîãî òðåíåðà Àëüáåðòî Ñàëàñàðà.

«Ó íåãî áûë òîòàëüíûé êîíòðîëü íàä ìîåé æèçíüþ. Ìû èç-çà ýòîãî äàæå ñòàëè ññîðèòüñÿ ñ ìóæåì. Íî òàêîâû ïðàâèëà: ñïîðèòü ñ òðåíåðîì íå ïðèíÿòî. À åñëè ñïîðèøü — çíà÷èò, òû ïëîõîé, òû âûáûâàåøü», — ðàññêàçûâàåò Êàðà Ãó÷åð, àìåðèêàíñêàÿ áåãóíüÿ íà äëèííûå äèñòàíöèè.

Ñîãëàñíî ðàññëåäîâàíèþ Áè-áè-ñè, Ñàëàñàð è åãî êîìàíäà ñîçäàëè öåëóþ ñèñòåìó ìàññîâîãî íàðóøåíèÿ àíòèäîïèíãîâûõ ïðàâèë. Çàòî åãî ëåãêîàòëåòû ñòàáèëüíî ïðèíîñèëè ñïîðòèâíûå íàãðàäû â êîïèëêó Âåëèêîáðèòàíèè. Ãëàâíàÿ çâåçäà Ñàëàñàðà — ÷åòûðåõêðàòíûé îëèìïèéñêèé ÷åìïèîí, íåïîáåäèìûé Ìî Ôàðà.

«ÑÌÈ òîëüêî è äåëàþò, ÷òî òâåðäÿò: «Ôàðà, Ôàðà, Ôàðà», íî âåäü íèãäå íå ñêàçàíî, ÷òî îáâèíåíèÿ íå ïðîòèâ ìåíÿ. ß íè÷åãî ïëîõîãî íå äåëàë. Îáâèíåíèÿ — ïðîòèâ Ñàëàçàðà», — ãîâîðèò Ìî Ôàðà.

Óäèâèòåëüíî, ÷òî Ôàðà ïðîäîëæàë òðåíèðîâàòüñÿ ó Ñàëàñàðà åùå 2,5 ãîäà ïîñëå âûõîäà ðàçîáëà÷àþùåãî ðàññëåäîâàíèÿ. Åùå áîëåå ïàðàäîêñàëåí òîò ôàêò, ÷òî ðàññëåäîâàíèå âåëîñü àìåðèêàíñêèì àíòèäîïèíãîâûì àãåíòñòâîì è ëèøü ïðîòèâ îäíîãî ÷åëîâåêà — òðåíåðà.  èòîãå åãî äèñêâàëèôèöèðîâàëè èç ñïîðòà íà ÷åòûðå ãîäà ëèøü ñïóñòÿ ïÿòü ëåò ïîñëå âûõîäà òîãî æå ôèëüìà Áè-áè-ñè.

«Àíàëîãè÷íàÿ ñèòóàöèÿ ñ Ðîññèåé, ïðèìåíÿåòñÿ êîëëåêòèâíàÿ îòâåòñòâåííîñòü è áîëåå òîãî ñî ñòîðîíû WADA ïðîèñõîäèò ìàññîâîå íàðóøåíèå ïðàâ ÷åëîâåêà, ïðàâ ðîññèéñêèõ ñïîðòñìåíîâ. ×èñòûå ðîññèéñêèå ñïîðòñìåíû èìåþò ïîëíîå ïðàâî íà ó÷àñòèå â ìåæäóíàðîäíûõ ñïîðòèâíûõ ñîðåâíîâàíèÿõ ïîñêîëüêó íèêàêèõ àíòèäîïèíãîâûõ ïðàâèë íå íàðóøàëè. Èìåþò ïðàâî íà çàïðåò äèñêðèìèíàöèè ïî íàöèîíàëüíîìó è ïîëèòè÷åñêîìó ïðèçíàêó, èìåþò ïðàâî íà âûñòóïëåíèå ïîä ôëàãîì, âñå ýòî ãðóáî íàðóøàòñÿ ñî ñòîðîíû WADA», — îòìå÷àåò ïðåäñåäàòåëü êîìèññèè ïî ñïîðòèâíîìó ïðàâó àññîöèàöèè þðèñòîâ Ðîññèè Ñåðãåé Àëåêñååâ.

Àáñîëþòíî âñå çàìåøàííûå â äîïèíã-ñêàíäàëå Ñàëàñàðà ñïîðòñìåíû ïðîäîëæàþò ó÷àñòâîâàòü â ñîðåâíîâàíèÿõ è çàâîåâûâàòü ìåäàëè ïîä ñâîèì ôëàãîì. Êñòàòè â äîïèíã-ñêàíäàëàõ çàìåøàíû è ìíîãèå àìåðèêàíñêèå ñïîðòñìåíû. Ëåãêîàòëåò Äæàñòèí Ãýòëèí äâàæäû ïîïàäàëñÿ íà äîïèíãå, íî âìåñòî ïîæèçíåííîãî îòñòðàíåíèÿ îòáûë âñåãî ïÿòü ëåò è âåðíóëñÿ íà äîðîæêó, à Ìàéê Ðîäæåðñ ïîëó÷èë âñåãî ëèøü äåâÿòèìåñÿ÷íóþ äèñêâàëèôèêàöèþ. Áîëåå òîãî, â ÑØÀ WADA ïðàêòè÷åñêè íå èìååò ïîëíîìî÷èé ïî êîíòðîëþ çà àòëåòàìè. Âñå ïðîôåññèîíàëüíûå ñïîðòèâíûå ñòðóêòóðû, òàêèå êàê ÍÔË, ÍÕË, ÍÁÀ íå äîïóñêàþò îôèöåðîâ àãåíòñòâà äî ðàáîòû ñî ñâîèìè ñïîðòñìåíàìè.

«Äâîéíûå ñòàíäàðòû çäåñü íå óìåñòíû, WADA îáÿçàíû íà÷àòü ðàññëåäîâàíèå â îòíîøåíèè áðèòàíñêîé ëåãêîé àòëåòèêè. Âñå ìèðîâîå ñïîðòèâíîå ñîîáùåñòâî äîëæíî ñåé÷àñ ñïëîòèòüñÿ è ïðåäúÿâèòü ïðåòåíçèè çà ñîêðûòèå óëèê, çà ñîêðûòèå ïðîá è çà ãðóáåéøåå íàðóøåíèå àíòèäîïèíãîâûõ ïðàâèë, óæå ñàì ñïîðòñìåí ñîçíàëñÿ, óæå òåëåâèäåíèå áðèòàíñêîå ãîñóäàðñòâåííîå ïîêàçûâàåò îá ýòîì ôèëüìû», — îòìå÷àåò ãëàâà êîìèòåòà Ãîñäóìû ïî ôèçè÷åñêîé êóëüòóðå, ñïîðòó, òóðèçìó è äåëàì ìîëîäåæè Ìèõàèë Äåãòÿðåâ.

Íà äàííûé ìîìåíò Áðèòàíèÿ âûäàâàòü WADA ïðîáû çâåçäû ñïîðòà îòêàçàëàñü. Íèêàêîé ðåàêöèè ìåæäóíàðîäíîãî àíòèäîïèíãîâîãî àãåíòñòâà íà òàêîå ïîâåäåíèå íå ïîñëåäîâàëî. Ñàì æå Ìî Ôàðà ïëàíèðóåò âîçâðàùåíèå íà äîðîæêó ê Èãðàì-2020 â Òîêèî.

Êðèñòèíà Ëåâèåâà

Источник